- Эй, Ортран! - Он обернулся к воину. - Скоро станет холодно! Совсем как дома! Может быть, и снег выпадет?

- Надеюсь, так высоко карабкаться нам не придется, - отозвался бывший Начальник Стражи.

- А я люблю снег! - признался великан. - И, Эрду: - Что-то ты печален, светлейший! Взбодрись! Чую своим сломанным носом: нам предстоит драка! Ого!

И затянул песню, которой научился во Владении:

Солдат, солдат, глотни вина

Во славу всех богов!

Пусть будет кровь твоя красна,

Красней, чем у врагов!

Ортран подтянул ему таким же мощным басом:

Глотни, солдат, и дай глотнуть

И мне, солдат, - за нас!

Сегодня топчем пыльный путь,

А завтра топчут нас!

Их громкие голоса будто разбудили солнце. Оно вынырнуло из дымки слева от дороги, и парды по собственной инициативе прибавили шаг.

- Старая конгская песня! - сказал Санти Этайе. - Хотел бы я, чтоб мои песни жили хотя бы вполовину того, сколько живет она!

Дорога между тем перестала подниматься вверх, зато теперь с левой стороны тоже был уходящий вверх склон. Через милю с небольшим они оказались в настоящем ущелье. Эрд вспомнил о том, как его чуть не прикончили конгайские всадники, и с опаской разглядывал поросшие кустарником склоны.

Биорк свистнул.

- Ну-ка, замолчите, парни! - крикнул он, догнав передних и осадив парда.

Нил и Ортран оборвали пение.

- Что, отец? - спросил великан.

- Тихо! - Биорк спрыгнул на землю и прижал ухо к каменистой почве. Потом извлек из сумки следопыта. Ветер дул навстречу, и песик сразу учуял чужих. Он сипло тявкнул. Биорк вернул его обратно в седельную суму.

- Наверху - чисто! - сказал Нил, осмотрев склоны.

- Впереди - дюжины четыре верховых, - сказал вагар. - Едут быстро.

Ортран взялся за "звезду смерти".